«Университет Центральной Азии в новой Большой игре»
ЗАПАД В УМАХ: КАК УНИВЕРСИТЕТ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ СЕЕТ ЛИБЕРАЛЬНЫЕ НАРРАТИВЫ В СЕРДЦАХ КЫРГЫЗСТАНСКОЙ МОЛОДЕЖИ
Средняя Азия уже полтора столетия остаётся пространством конкурентной борьбы внешних сил — от Российской и Британской империй XIX века до нынешней конфигурации с участием России, Китая, Турции и США, где поле конкуренции сместилось с военных объектов на университеты, некоммерческие организации (НКО) и образовательные сети. На этом фоне Университет Центральной Азии (УЦА), созданный под эгидой Фонда Ага-хана в Кыргызстане, позиционируется как инструмент развития региона, но одновременно выступает каналом «мягкой силы» негосударственного актора глобального масштаба. [1]
Вопрос, который возникает естественно: «что именно получают студенты УЦА в аудитории — нейтральное «международное» знание или набор западных нарративов, упакованных в бренд Фонда Ага-хана?»
ПРОИСХОЖДЕНИЕ УЦА И РОЛЬ ФОНДА АГА-ХАНА
Фонд Ага-хана входит в число наиболее влиятельных негосударственных акторов мировой политики, чья «мягкая сила» строится не на военных и политических ресурсах, а на сети образовательных, благотворительных и экономических институтов. «Духовный лидер исмаилитов Ага‑хан IV (Шах Карим аль‑Хусейни), получивший образование в Гарварде и имеющий британско‑португальское гражданство, совмещал статус религиозного авторитета с управлением крупными активами и развивающей сетью с годовым бюджетом порядка 1 млрд долларов.» [1]
В Средней Азии Фонд Ага-хана работает с начала 1990-х, концентрируясь на Горном Бадахшане (Таджикистан) и юге Кыргызстана. В инфраструктуру входят кампусы УЦА в Нарыне и Хороге, более десяти медицинских учреждений, контрольный пакет в Кыргызском Инвестиционно-Кредитном Банке (KICB), Первая микрофинансовая компания (ПМФК) и проекты сельского развития. В Кыргызстане деятельность Фонда Ага-хана закреплена межправительственным соглашением 2002 года, ратифицированным в 2003 году Верховным Советом Кыргыстана (Жогорку Кенеш), что фактически приравнивает их к международной организации с элементами дипломатического иммунитета.[8]
Таким образом, УЦА изначально встроен в модель «мягкой силы» негосударственного актора — описанную в ряде работ авторов о кейсе Фонда Ага-хана. [3][9] Влияние здесь основано на позитивном образе, доверии и признании государствами, а не на открытом политическом давлении.
ФИНАНСОВАЯ АРХИТЕКТУРА
Несмотря на акцент на независимости от западных доноров, Фонд Ага-хана активно сотрудничает с USAID.[4]
Агентство США по международному развитию (USAID) — независимое федеральное агентство, основанное в 1961 году для гуманитарной помощи, экономического роста и продвижения демократии в развивающихся странах.[16] К апрелю 2026 года USAID фактически свёрнуто администрацией Трампа: после заморозки программ в январе 2025-го и критики за коррупцию было закрыто около 83% инициатив, а штаб-квартира и большая часть зарубежных офисов перестали функционировать.[17]
В 2019 году USAID выделила грант на 25,3 млн долларов Фонду Ага-хана для программ зарубежной помощи в Кыргызстане, продленный до 2025 года.[5] Совместные проекты охватывают поддержку предпринимательства молодежи, микрофинансирование малого и среднего бизнеса (МСБ) через партнерства с Кыргызским Инвестиционно-Кредитным банком (KICB), улучшение доступа к воде и здравоохранению в горных районах.[1]
Американские пожертвования встраиваются в уже сложившуюся денежную систему сети Ага-хана по развитию как дополнительный канал, а не как её основа. Сеть опирается прежде всего на собственные средства — накопительный целевой капитал, пожертвования исмаилитской общины, доходы дочерних хозяйственных структур Фонда Ага-хана по хозяйственному развитию. Внешние поступления от USAID или частных заокеанских фондов подключались точечно: под конкретный учебный корпус Университета Центральной Азии в Нарыне, под оснащение больницы, под подготовку преподавателей. При сокращении таких вливаний ключевые объекты продолжают работу, хотя их расширение заметно замедляется.
С учетом масштабов сотрудничества Фонда Ага-хана и американскими структурами по продвижению интересов с помощью «мягкой силы», особое внимание следует уделить анализу политики USAID в Средней Азии. По заявлениям экс-директора этой организации А. Каур задачей является «отстыковка» региона от российской экономики. Для США «Центральная Азия всегда была стратегическим и торговым перекрестком цивилизаций между Европой и Азией», поэтому тесные отношения и сотрудничество «будут продвигать
ценности США и обеспечивать противовес влиянию региональных соседей» [2].
Значительное влияние на деятельность Фонда Ага-хана оказывают структуры Сороса («Открытое общество») — сеть фондов миллиардера Джорджа Сороса, финансирующая НПО и НКО в более 120 странах. Их деятельность ассоциируется с поддержкой протестных и либеральных движений, а также с созданием условий для миграции в ЕС, что в критических оценках часто трактуется как вмешательство в политику страны.[18]
Если модель фонда Сороса опиралась на короткие гранты НКО и медиа, то Фонд Ага-хана встраивается в экономику и социальную инфраструктуру стран, создавая устойчивую базу влияния через университеты, банки и дороги.
Такие вложения невозможно свернуть распоряжением одного донора, и именно это придаёт сети устойчивость. В этой логике УЦА — ядро образовательного звена этой инфраструктуры.[1]
КАК УЦА ИЗБЕГАЕТ СТАТУСА «ИНОСТРАННОГО АГЕНТА»
После запуска в Кыргызстане в сентябре 2024 года реестра «некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного представителя» структуры Фонда Ага-хана в этот реестр не включены. В реестре на апрель 2026 года присутствуют тысячи НКО, получающих зарубежное финансирование, тогда как Фонд Ага-хана формально не относится к этой категории благодаря особому международно‑правовому статусу, предусмотренному межправительственным соглашением о сотрудничестве.[10]
Это создаёт ситуацию, в которой объективно иностранный актор с десятками миллионов долларов вложений не маркирован в публичном пространстве как «иностранное влияние», в отличие от структур типа Сороса. С точки зрения конструирования нарративов это делает образовательный контент УЦА менее политически заметным и менее уязвимым для критики, хотя по объёму и глубине он сопоставим или превосходит классические западные НКО проекты.[1][9]
УЧЕБНЫЕ ПРОГРАММЫ И ЯЗЫКОВАЯ ПОЛИТИКА
Учебные программы УЦА охватывают IT, бизнес, гуманитарные науки, устойчивое развитие и миграцию, нацеливаясь на подготовку кадров для трансформации региона. Ключевой элемент — язык преподавания: по данным учебных планов, английский доминирует, тогда как курсы на русском и национальные языки составляют лишь незначительную долю от общего объёма.
В гуманитарных и социальных курсах используются преимущественно международные англоязычные учебники и кейсы. Российские учебники и авторы в программах отсутствуют, а Россия чаще выступает объектом анализа в кейсах по миграции и постсоветскому наследию, а не источником знаний.
Такая конфигурация создаёт для студента когнитивную среду, где «нормой по умолчанию» становятся именно западные академические рамки — и по структуре курсов, и по языку, и по набору авторитетных источников. С точки зрения образовательной политики это можно описать как планомерную дерусификацию содержания: регион и Россия изучаются через англоязычные западные концепты, а не через российскую академическую традицию.
Этот эффект усиливается практической компонентой — стажировками студентов УЦА. В 2019 году студенты проходили практику в более чем 20 организациях, преимущественно международных НПО, западных агентств и частных фирм.[6] Партнерская сеть имеет явный западный уклон, формируя у студентов контакты вне российской или китайской сфер влияния.
Список организаций, в которых проходят практику студенты: Фонд Ага-хана, Good Neighbors International, UNICEF, OXFAM, InDepthNews, Институт по освещению проблем войны и мира , Посольство США, USAID, BBC Новости, Nielsen Admosphere, SIAR Research and Consulting.
В итоге, стажировки усиливают «западный вектор»: из более 20 партнеров ни один не связан напрямую с Россией. Постсоветское пространство фигурирует как объект «трансформации» через западные линзы, формируя у выпускников лояльность к глобальным сетям.
КАК ОПИСЫВАЮТ РОССИЮ И РЕГИОН
Контент анализ материалов на официальном сайте УЦА за 2019–2025 годы показывает, что Россия фигурирует в значительной доле публикаций, посвящённых геополитике, миграции и постсоветскому наследию. Тональность этих текстов преимущественно нейтрально критическая: подчёркивается зависимость Средней Азии от российского рынка труда и энергетики, уязвимость денежных переводов Таджикистана и Кыргызстана, необходимость диверсификации связей в пользу ЕС, Китая и локальных рынков.[8]
Среди ключевых нарративов:
— «Россия в Большой игре» — продолжение имперской логики в регионе и риски для суверенитета государств Средней Азии.[11]
— Миграция — зависимость большинства мигрантов от российского рынка труда как структурная уязвимость.[12]
— Гражданское общество и практика НКО — рекомендации по правовым реформам, в рамках которых российские интеграционные форматы фигурируют как пример моделей, сопряжённых с ограничением пространства гражданского общества.[13]
— Советское наследие («секретные города») — переосмысление советской и российской инфраструктуры как символа контроля, который нужно трансформировать.[14]
В сумме Россия в этих текстах редко выступает позитивным примером, чаще — как наследие, от которого нужно отстраиваться, или как фактор риска, требующий диверсификации. Это соответствует общей логике западных академических дискурсов о «постсоветском переходе» и «зависимости периферии от центра».[9]
ПРЕПОДАВАТЕЛИ И ЭКСПЕРТНЫЕ СЕТИ
Состав руководства и преподавателей УЦА отражает тесную связь с ведущими университетами и исследовательскими учреждениями Великобритании и Северной Америки. Совет попечителей возглавляет Ага-хан IV, в него входят представители семьи Ага-хана и западные эксперты; сама структура управления подчёркивает глобальный характер сети.[1][5]
Особую роль играет фигура Кристофера Дж. Герри, ректора и декана Высшей школы развития УЦА. Герри связан с Колледжем Святого Антония Оксфордского университета, традиционно специализирующимся на СССР, Восточной Европе и подготовке дипломатических кадров; ранее он консультировал Всемирный банк и OECD (Организация экономического
сотрудничества и развития) по вопросам здравоохранения и развития. [19]
Его научные работы по России и постсоветскому пространству — от анализа COVID кризиса в РФ до исследований миграции — выдержаны в стиле западной политэкономической критики российской централизации. [1][5][15]
Таким образом, через биографии и профессиональные сети преподавателей УЦА в кампус
Нарына импортируется целый набор западных исследовательских подходов и рамок, а сами преподаватели выступают проводниками этих нарративов в учебных курсах и исследованиях.
МЕДИЙНЫЙ ОБРАЗ И СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ
Дерусификация академической среды дополняется имиджем УЦА в социальных сетях, где официальный профиль в Instagram позиционирует университет как двигатель «региональной трансформации». Анализ официального профиля УЦА в Instagram (@ucentralasia, по состоянию на 18.04.2026) показывает вовлеченность выпускников в глобальные проекты, партнерства с Западом.
Особо интересный элемент — отзывы студентов и выпускников: среди сотен публикаций преобладают восторженные комментарии вроде «Самый лучший универ это УЦА. Удача всем», «Лучший университет!», «Замечательный Университет! Родители, которые стремятся, чтобы их дети стали по-настоящему образованными, а не просто получили дипломы, должны позаботиться о поступлении своих детей в этот университет.». Анализ показывает, что есть индикаторы искусственной активности: резкий всплеск одинаковых фраз в большинстве отзывов 2023–2025 гг., неактивные аккаунты с минимальным числом публикаций.
Однако среди этого потока встречаются отрицательные комментарии, контрастирующие с доминирующим нарративом и указывающие на реальные голоса. Примеры: «Надо закрыть эти заведения там зомбируют молодежь западным традициям.», «Не ведитесь…», «Чтобы захватить страну достаточно воспитать их молодежь по своему, привлекая их «новыми», яркими вещами и они поведутся д Ага Хан ВРАГ КЫРГЫЗСТАНА!!!!!!» Эти отзывы аутентичны: уникальный стиль (русский и кыргызский языки, личные фото), последовательная активность (посты о жизни, активные аккаунты), ответы на другие темы (не только УЦА), геотэги из Кыргызстана. В отличие от ботов, которые с большой вероятностью оставляют большинство позитивных отзывов, они отвечают на комментарии и даже отвечают в личных сообщениях.
ИТОГ: ПРЕПОДАЮТ ЛИ В УЦА ЗАПАДНЫЕ НАРРАТИВЫ?
Собирая воедино данные о финансировании, правовом статусе, учебных программах, публикациях и преподавателях УЦА, можно сформулировать несколько выводов.
1. Ядро образовательного контента УЦА основано на западной академической традиции.
Доминирование английского языка, опора на американские учебники, а также отсутствие российских партнёров создают асимметричное поле, где именно западные подходы задают рамку осмысления региона и мира.
2. Нарративы о России и постсоветском пространстве воспроизводят типичные западные сюжеты.
Россия в исследованиях УЦА чаще всего появляется как источник зависимости, структурной уязвимости и авторитарного влияния, а не как самостоятельный источник норм и знаний, что полностью совпадает с логикой западного дискурса, трактующего постсоветские страны как «переходные общества» с «демократическим дефицитом» — незавершенным движением к либеральной демократии, где коррупция и «авторитаризм» оправдывают внешнее управление через НПО и USAID.
3. Преподаватели и исследовательские сети усиливают западный вектор.
Биографии таких фигур, как Кристофер Дж. Герри, связывают УЦА с Оксфордом, европейскими фондами и международными организациями, импортируя в Нарын и Хорог именно те подходы, которые формировались в британских и североамериканских институтах.
4. Фонд Ага-хана маскирует западные нарративы.
В отличие от Американского университета Центральной Азии (АУЦА) — частного вуза в Бишкеке по американской модели, академически связанного с Bard College (США) и открыто продвигающего ценности либеральной демократии через программы журналистики, права и экономики, УЦА представлен в образе «локального» и «исламского» проекта развития, юридически защищённого межгосударственным соглашением и не помеченным как «иностранный представитель», что делает его каналом западных нарративов с гораздо более низкой политической заметностью.
5. Стажировки студентов формируют сеть вне российского влияния.
В 2019 году студенты проходили практику преимущественно в западных и международных структурах: USAID, Посольство США, BBC, UNICEF, OXFAM, Фонд Ага-хана — без единого российского партнёра. Локальные кыргызские фирмы (Бай-Тушум, Spalmalo IT) ориентированы на западные рынки и USAID-проекты. Это создаёт профессиональную сеть, где постсоветское пространство видится объектом «трансформации» через западные линзы.
6. Медийный образ в соцсетях закрепляет искусственный консенсус.
Анализ официального профиля УЦА в Instagram (@ucentralasia, по состоянию на 18.04.2026) демонстрирует поток восторженных отзывов с признаками неестественной активности: повторяющиеся шаблонные фразы, пустые профили авторов, отсутствие конкретики. Это стандартные маркеры ботов или платных инфлюенсеров. Редкие отрицательные комментарии от пользователей гораздо больше похожих на реальных подчёркивают напряжение, но игнорируются в общем нарративе.
Если свести это к прямому ответу на поставленный вопрос, то студентам УЦА действительно
преподают западные нарративы — прежде всего в форме западных академических рамок, источников, интерпретаций, стажировок и даже медийного образа, — но делают это под флагом регионального исламского университета развития, а не открыто западной институции. Отсутствие российских партнёров в программах и практиках, формирует когнитивную среду, где постсоветская реальность систематически вытесняется.
Автор статьи:
эксперт Аналитического центра Академии ALTER
А. А. Беркут
Обратная связь с автором: letter@alter.academy
Источники
[1] Фонд АКДН. URL: https://the.akdn/ru/kak-my-rabotaem/nashi-agentstva/fond-aga-hana
[2] США хотят «отстыковать» Центральную Азию от России,
заявили в USAID // РИА Новости. 15.09.2022. URL: https://ria.ru/20220915/aziya-1816872302.html
[3] Филаретова Ю.С., Атие Б. «Мягкая сила АКДН как угроза интересам России в Центральной Азии» // Россия и новые государства Евразии. 2023. № IV (LXI). С. 175-184. URL:
[4] Партнёры фонда АKД. URL: https://the.akdn/ru/kto-my/nashi-partnyory
[5] Гранд USAID выделенный фонду АКДН. URL:
https://www.highergov.com/grant/7200AA19LE00002/
[6] УЦА- Путешествие начинается здесь. URL: https://ucentralasia.org/media/y3sfvdma/web-ucaprospectusru.pdf
[7] Annual Report 2020. Tajikistan, Kyrgyzstan, Kazakhstan //
UCENTRALASIA. URL https://ucentralasia.org/media/yqlp5iod/ar20-uca-engc.pdf.
[8] УЦА. URL:https://ucentralasia.org/ru/glavnaya
[9] Бахриев Б.Х., Боришполец К.П. «Мягкая сила» негосударственных акторов мировой политики: кейс Ага Хана IV и его институтов // *Вестник Томского государственного университета*. 2022. № 481. С. 66–76. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/myagkaya-sila-negosudarstvennyh-aktorov-mirovoy-politiki-keys-aga-hana-iv-i-ego-institutov
[10] Министерство юстиции
Кыргызской Республики. URL: https://minjust.gov.kg/ru/
[11] УЦА- Россия в «Большой игре». URL: https://ucentralasia.org/ru/publikacii/2019/august/rossiya-v-bol-shoi-igre
[12] УЦА- Влияние войны в Украине на миграционные потоки в Центральной Азии. URL: https://ucentralasia.org/media/ygkl23rh/pbmigration-flow-change-in-central-asia-ru.pdf
[13] УЦА- Политическая практика и правовая среда для развития гражданского общества в Центральной Азии. URL: https://ucentralasia.org/ru/publikacii/2019/may/politicheskaya-praktika-i-pravovaya-sreda-dlya-razvitiya-grazhdanskogo-obshestva-v-fentral-noi-azii
[14] УЦА- Судьбы советских секретных городов. URL: https://ucentralasia.org/ru/publikacii/2022/december/sud-by-sovetskikh-sekretnykh-gorodov
[15] Директор по русским и восточноевропейским исследованиям Оксфордского университета.- Кризис COVID-19 в России: год спустя. URL: https://bearr.org/2021/04/21/кризис-covid-19-в-россии-год-спустя/?lang=ru
[16] РБК- Что такое USAID и чем занимается Агентство США по международному развитию. URL: https://www.rbc.ru/base/10/02/2025/67a9c7e09a7947217927691c
[17] BBC- США сворачивают «мягкую силу». Чем занимается USAID и кто пострадает от его закрытия. URL: https://www.bbc.com/russian/articles/cvg4jgk1exeo
[18] AIF.RU- Вынести Сороса из избы. Чем глобальная империя миллиардера угрожает миру. URL: https://aif.ru/politics/world/vynesti-sorosa-iz-izby-chem-globalnaya-imperiya-milliardera-ugrozhaet-miru
[19] УЦА- Профессор Кристофер Герри. URL: https://ucentralasia.org/ru/ob-uca/rukovodstvo/ispolnitel-nyi-rukovodyashii-komitet/professor-kristofer-gerri
Автор статьи:
эксперт Аналитического центра Академии ALTER
А. А. Беркут
Обратная связь с автором: letter@alter.academy