Деятельность United States Agency for International Development (USAID) и реализация программ мягкой силы США в Кыргызстане без учета интересов Кыргызстана.

Расстояние между Бишкеком и Вашингтоном 10 500 километров по прямой. Путь между столицей Кыргызстана и столицей США занимает около суток, однако, из-за богатейших ресурсов и уникального географического положения Кыргызстан и страны Центральной Азии находятся в зоне интересов разведывательных, экономических и военных структур США, которые ведут борьбу за влияние с Англией, Турцией и Европейским Союзом, а традиционные дружеские связи с Россией и Китаем США классифицируют как зависимостью, от которой нужно избавить Кыргызстан.

Руководствуясь лозунгом America First («Америка превыше всего»), Соединённые Штаты Америки, к сожалению, часто не строят паритетных отношений со своими партнёрами и в некоторых случаях ставят свои интересы выше международных договорённостей. США активно применяют концепцию мягкой силы для формирования влияния на население и органы власти и одновременно с этим, при необходимости, оказывают санкционное и военное давление. Последствия военных операций США мы видим в Афганистане и Иране.

Одним из элементов мягкой силы США до 2025 года являлось Агентство по международному развитию – United States Agency for International Development (USAID). Заявленная гуманитарная деятельность USAID органично дополняется социальным влиянием и сбором информации о странах, в которых представлены ее структуры. Более правильно рассматривать деятельность USAID как инструмент влияния США. Деятельность агентства реализуется через гранты, поддержку НКО, медиа, образовательные программы и программы по развитии демократии. При необходимости агентство формировало сети лояльности и оказывало влияние на политическую среду.

В Кыргызстане агентство начало работать в 1991 году и функционировало до 2025 года, когда оно было закрыто президентом Трампом, а большинство его функций были переданы в Госдепартамент США.

По свидетельству депутата и Председателя Жогорку Кенеша Кыргызстана (спикера парламента Кыргызстана) Марлена Абдурахмановича Маматалиева международному информационному агентству «Спутник» цели USAID в настоящее время сильно отличаются от заявленных при открытиии: «Все начиналось с гуманитарной деятельности, затем USAID стал вмешиваться в политические процессы. И такое происходило во всех странах СНГ. После распада СССР мы еще особо не понимали глубинных причин такой деятельности, и тогда к нам заходило очень много фондов с предложениями помощи. Я помню, как школам дарили компьютеры, но потом предлагали услуги по тем или иным реформам. Много позже пришло понимание, что определенные фонды и организации имели совершенно другие цели».

Об особенностях работы USAID могут говорить его траты, некоторые траты агентства способны вызывать удивление. Приостанавливая его работу в 2025, Белый дом опубликовал список некоторых трат, подчеркнув, что организация направляла огромные суммы на нелепые и во многих случаях злонамеренные проекты. Среди трат указывалось обеспечение питанием запрещенной в США и России террористической организации «Аль-Каида»*, «трансгендерная опера» в Колумбии и «трансгендерные комиксы» в Перу. Также сотни миллионов долларов были выделены Афганистану на закупку удобрений и создание ирригационных каналов, которые по информации международного информационного агентства «Спутник» начали применятся в производстве опиумного мака.

© Sputnik_Infographics

Экс-заместитель председателя ГКНБ, ветеран спецслужб Кыргызстана Артур Медетбеков, отвечая на вопрос «Спутнику» о тратах USAID отметил: «Ежегодно, по оценкам западных спецслужб, на программы USAID конгресс выделял порядка 60-70 миллиардов долларов. Это огромные деньги, которые превышают бюджет многих стран. Все они шли на развитие демократии и международного сотрудничества в разных странах, но если проанализировать ситуацию, то увидим, что там, где работал USAID, происходили революции, перевороты и вообще была политическая нестабильность. Кстати, агентство этого и не скрывает. В архивах его сайта за 2006 год указано, что организация «поддержала» революции на Украине, в Грузии, Ливане, Кыргызстане. Также большие суммы вкладывались в дестабилизацию в Афганистане, Южном Судане и других африканских странах».

Деятельность USAID в Кыргызстане была масштабной. По данным за 2015 год, в Кыргызстане работало более 25 программ агентства с общим бюджетом свыше 195 миллионов долларов. В год закрытия агентства реализовывалось 11 проектов на 132,8 миллиона долларов.

За период с 1991 по 2021 год агентство потратило в Кыргызстане 724 миллионов долларов.

Заведующий отделом Центральной Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин сообщил в интервью «Спутнику», что действия USAID в Кыргызстане не отличаются от действий этой организации в других государствах.

«В Кыргызстане и других странах USAID разными способами и инструментами буквально насаждал свою повестку в различных сферах. Организация формировала собственное представление о том, как необходимо их развивать, какими там должны быть политический процесс и ментальность населения, какие ценности должны быть главными».

Марлен Абдурахманович Маматалиев, комментируя работу US AID cо СМИ, рассказал: «Мы знаем, что в странах, где происходили цветные перевороты, активно работали программы USAID. Конечно, напрямую они не вмешивались, но делали это через финансирование различных оппозиционных фондов или движений. Особенно активно работали со СМИ и под видом различных тренингов для журналистов обучали деструктивной деятельности. Я как депутат также много раз сталкивался с искажением предоставленной мной информации такими журналистами».

Расходы на формирование так называемых «независимых» СМИ в период с 2017 по 2020 года по проекту «Медиа-К» в Кыргызстане составили 6,5 миллионов долларов.

Воздействие на Кыргызстан оказывалось по многим направлениям.

Кыргызстан, страна с древней и богатой историей, имеющая сложившиеся семейные традиции после начала деятельности USAID столкнулась с влиянием даже в этой сфере.

Приведём заявления, сделанные «Спутнику» относительно влияния на систему ценностей, которые являются традиционными для населения республики.

Генерал-майор Артур Медетбеков, отметил роль USAID в продвижении ЛГБТ-повестки**. «В рамках программ здравоохранения насаждалась повестка чуждых нам ценностей, особенно это было явно в 2018-2019 годах. И хотя большинство населения Кыргызстана не поддерживало эти нарративы, тем не менее в эту работу были включены и часть молодежи, и политики, и общественные деятели.».

С Артуром Медетбековым солидарен Марлен Абдурахманович Маматалиев — под видом различных реформ потихоньку внедрялись ценности, не отвечающие национальным традициям. «Мы всегда думали, что если выделяются гранты на развитие чего-то, значит, это очень хорошо, и с удовольствием их принимали. Но когда копались внутри условий, то понимали, что та же ЛГБТ-культура** проталкивалась под прикрытием той или иной программы, например, по развитию здравоохранения».

Согласно отчёту «Финансовые затраты на проекты «мягкой силы» США» Университета прокси-разведки охватывающему, период с июля 2025 года по март 2026 Кыргызстан рассматривается США как полигон, мягкая сила здесь не столько «политическая инженерия», сколько долгосрочное социальное проектирование, нацеленное на смену ценностных ориентиров у новых поколений.

Не смотря на закрытие USAID в 2025 году сворачивание деятельности по проектам мягкой силы в республике, как, впрочем, и в регионе не произошло.. Общий объём финансирования, предоставленного в рамках рассматриваемого периода для пяти государств (Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Армения, Молдавия), составил 327,5 млн долларов США. На долю Кыргыстана приходится 34,5 млн. долларов. Причём на будущие периоды ожидаемый объём финансирования должен увеличится на 35% и вырастет до 45,6 34,5 млн. долларов и это несмотря на растущий совокупный долг США, который на начало 2026 года составил 38 триллионов долларов, что превышает ВВП Европейского Союза, включающего 27 стран, в два раза. Имевшиеся ресурсы США могли бы направить на погашение госдолга, однако приоритет отдаётся финансированию проектов мягкой силы.

Авторы отчёта «Финансовые затраты на проекты «мягкой силы» США» рассмотрели направления финансирования по проектам, реализуемым в Кыргызстане. По их мнению, оценка заявленного и преследуемого эффекта от затрат различна для разных направлений:

Здравоохранение – гуманитарная основа. Декларируется: улучшение здоровья населения, снижение смертности от инфекционных заболеваний, развитие системы общественного здравоохранения. Ожидаемым реальным эффектом является: формирование устойчивого образа США как «спасителя жизней», создание глубокой лояльности среди населения и базового доверия к любым последующим инициативам.

Корпус мира – классическая «народная дипломатия». Декларируемый эффект: образовательная и культурная поддержка местных сообществ, развитие языковых навыков и межкультурного обмена. Ожидаемый реальный эффект: прямое внедрение американских ценностей на бытовом уровне, формирование долгосрочных личных связей и лояльности к США в сельских и периферийных регионах.

Английский язык и образовательные программы. Декларируемый эффект: расширение образовательных возможностей, повышение конкурентоспособности молодёжи и доступ к международным программам. Ожидаемый реальный эффект: формирование у молодёжи прозападной ориентации, привязка к англоязычной образовательной и профессиональной среде, постепенное вытеснение альтернативных образовательных влияний.

Экономическое развитие и социальное предпринимательство. Декларируемый эффект: поддержка малого бизнеса, развитие предпринимательских навыков и повышение экономической устойчивости сообществ. Ожидаемый реальный эффект: внедрение западных моделей экономики и управления, формирование слоя предпринимателей, ориентированных на сотрудничество с западными институтами и донорами.

Гендерное равенство и расширение прав женщин. Декларируемый эффект: снижение гендерного насилия, расширение прав женщин, развитие лидерского потенциала и равных возможностей. Ожидаемый реальный эффект: формирование сети активных и лояльных США женских и правозащитных групп, трансформация традиционных социальных структур и усиление влияния через гендерную повестку.

Права человека, верховенство права и доступ к правосудию. Декларируемый эффект: защита прав уязвимых групп, повышение доступности правосудия, развитие правовой культуры. Ожидаемый реальный эффект: создание правозащитной инфраструктуры, ориентированной на западные стандарты, и инструменты влияния на внутреннюю политику через юридическое давление и международные механизмы.

Независимые СМИ, журналистские расследования и свобода слова.

Декларируемый эффект: развитие независимой журналистики, повышение прозрачности и информированности общества. Ожидаемый реальный эффект: формирование альтернативного информационного пространства, снижение влияния государственных и иных медиа, создание лояльной США медиасети и подготовка журналистов-расследователей с нужной повесткой.

Гражданское участие, местное самоуправление и взаимодействие с властью. Декларируемый эффект: повышение гражданской активности, развитие диалога между обществом и государством, улучшение качества управления. Ожидаемый реальный эффект: ослабление централизованной модели управления, формирование сети локальных НПО и активистов, ориентированных на западные подходы и зависимые от внешнего финансирования.

Миростроительство и устойчивость в конфликтных регионах. Декларируемый эффект: снижение конфликтности, развитие навыков мирного урегулирования и укрепление социальной сплочённости. Ожидаемый реальный эффект: закрепление роли США как ключевого посредника и арбитра в конфликтных регионах, формирование лояльности в стратегически чувствительных приграничных зонах и зонах с неразрешёнными конфликтами.

Экологическая и климатическая дипломатия. Декларируемый эффект: повышение экологической осведомлённости, развитие устойчивых практик и участие в глобальной климатической повестке. Ожидаемый реальный эффект: продвижение западной экологической идеологии, формирование зависимости внешних организаций и вовлечение местных сообществ в глобальные экологические повестки, где США задают рамки дискурса с целью влияния на структуру экономики.

Борьба с торговлей людьми и защита мигрантов. Декларируемый эффект: защита прав мигрантов, снижение рисков эксплуатации и повышение информированности населения. Ожидаемый реальный эффект: получение влияния на чувствительную миграционную повестку, формирование доверия среди трудовых мигрантов и создание каналов воздействия на социально значимую группу населения.

Историческая память и работа с травмой прошлого. Декларируемый эффект: осмысление исторического опыта, развитие критического мышления и повышение осведомлённости о репрессиях. Ожидаемый реальный эффект: переформатирование исторической идентичности через призму западных нарративов, ослабление постсоветской идентичности и укрепление ценностной ориентации на Запад.

Тональность высказываний Председателя Жогорку Кенеша Кыргызстана Марлена Абдурахмановича Маматалиева, экс-заместителя председателя ГКНБ, ветерана спецслужб генерал-майора Кыргызстана Артура Медетбекова, заведующего отделом Института стран СНГ Андрея Грозина в отношении деятельности USAID до ее ликвидации и тональность отчета «Финансовые затраты на проекты «мягкой силы» США» за период с 2025 года по 2026 год – схожа. Действия США в Кыргызстане имеют координацию, а реальные цели существенно отличающиеся от заявленных.

Во многом немаловажными и определяющими факторами, затрудняющими выстраивания партнёрских экономических отношений между США и Кыргызстаном, являются их большая удалённость друг относительно друга и отсутствие многовекового исторического взаимодействия. Этим обусловлена существенно меньшая доля США в товарообороте Кыргызстана по сравнению с её традиционными партнёрами. Товарооборот Кыргызстана с Россией и Китаем достиг в 2025 году 30-35 миллиардов долларов. В то время как с США, по данным за 2024 год, только 0,44 миллиарда.

В отличие от России или Китая, рассматривающих Кыргызстан как соседа, США не рассматривает Кыргызстан как важного партнёра и как следствие, в реальности, благополучие населения не является приоритетом. Политика и проводимый курс определяется экономической целесообразностью. Учитывая, что политические силы США определяют Россию и Китай своими противниками, политика в отношении соседа и партнера России и Китая рассматривается как элемент влияния или сдерживания. Это неоднократно было зафиксировано в документах.

Андрей Грозин, заведующий отделом Центральной Азии и Казахстана, прогнозируя дальнейшую политику США, в интервью «Спутнику» сказал: «Дестабилизирующая политика США в Кыргызстане и странах Центральной Азии продолжится. Дело в том, что они считают Россию и Китай своими геополитическими конкурентами. Подрывая стабильность, создавая зоны конфликтов и напряжения в любом государстве Центральной Азии, в том числе в Кыргызстане, преследуют только одну цель — создать проблемы для Пекина и Москвы». Такая деятельность не может считается конструктивной Бишкеком, Москвой, Пекином и соседями страны гор, озер, ковылей, родников, где небо кажется ближе, а земля подобна зленому шелковому ковру, страны имеющей древнюю историю и самостоятельно определяющей своё бедующее.

* Запрещенная в России и Кыргызстане террористическая организация.

** Движение признано экстремистским и запрещено в России.

 

Автор статьи:
эксперт Аналитического центра Академии ALTER
А.Е. Костров
Обратная связь с автором: letter@alter.academy