В конце февраля 2026 года в Лондоне произошел саммит министров иностранных дел в формате «Центральная Азия–Великобритания» (формат СА5+UK). Считается, что это первая встреча министров иностранных дел стран Средней Азии¹ и Великобритании в подобном формате с момента обретения государствами региона независимости в 1991 году.

Саммит, председателем которого выступила Государственный секретарь по иностранным делам, делам Содружества и развитию Великобритании Иветт Купер, включал в себя довольно обширную и разнообразную программу. Переговоры по вопросам развития промышленности, торговли, инфраструктуры и «зеленой» энергетики и подписание соответствующих меморандумов дополнялись встречами на высоком уровне с представителями правительства Великобритании, финансовых институтов и частного сектора, а также мероприятиями с участием членов Британской королевской семьи и граждан стран Средней Азии, проходящими обучение в Великобритании. Все это сопровождалось разнообразными PR-акциями, например, запуск чиновниками из стран Средней Азии символической торговой сессии на Лондонской фондовой бирже.

Что же сподвигло Туманный Альбион организовать столь масштабное мероприятие, позаимствовав формат 5+1 у стран, которые давно и активно его используют (Япония, США, Южная Корея, Индия, Китай и Россия)?

Для ответа на этот вопрос необходимо вернуться на несколько лет назад, в ноябрь 2023 года, когда был опубликован доклад Комитета по международным делам (Foreign Affairs Committee) Палаты Общин Парламента Великобритании под названием «Countries at crossroads: UK engagement in Central Asia — Страны на перепутье: участие Великобритании в Центральной Азии» (далее – Доклад). Комитет по международным делам относится к группе т.н. «специальных» комитетов Палаты общин, основной задачей которых является контроль за деятельностью профильных ведомств правительства Великобритании. Ведомством, подконтрольным Комитету по международным делам, является Министерство иностранных дел Великобритании (Foreign, Commonwealth and Development Office или Foreign Office).

Доклад состоит из следующих тематических разделов по региону, в которых описывается текущая ситуация, мнения экспертов и рекомендации на будущее:

1. Деятельность правительства Великобритании;

2. Отмывание незаконных доходов;

3. Права человека и окружающая среда;

4. Молодежь, образование и мягкая сила;

5. Безопасность и насильственный экстремизм;

6. Торговля и инвестиции.

Появлению Доклада предшествовало инициирование Комитетом в феврале 2023 года исследование по уровню присутствия и степени влияния Великобритании на процессы в странах Средней Азии: Казахстане, Кыргызстане, Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане. В рамках данного исследования проходили заседания Комитета, на которых было заслушано полтора десятка экспертов по региону (как граждан Великобритании, так и стран Средней Азии) и было запрошено 27 письменных свидетельств от частных лиц и организаций, включая профильные исследовательские институты (так называемые Тhink tank’и). В частном порядке, для бесед с членами Комитета, вызывались послы Великобритании в каждой из 5 стран региона. Для некоторых членов Комитета и экспертов была организована 5-дневная поездка в Астану, Бишкек и Ташкент для ознакомления с ситуацией на местах.

Данные масштабные мероприятия должны были не только собрать точки зрения различных сторон, связанных с регионом Средней Азии, но и сформировать свое мнение у членов Комитета, т.е. у тех, кто определяет внешнюю политику Великобритании. Интересно, что последний раз исследование, касающееся ситуации в Средней Азии, проводилось Комитетом четверть века назад, в 1998-99 годах (!).

Рассмотрим раздел Доклада, рассматривающий внешнеполитическую деятельность Великобритании в Средней Азии, имеющий прямую связь с событием, описанным вначале.

В Докладе подчеркивается, что «Внешняя политика правительства Великобритании в отношении государств Центральной Азии, как индивидуальная, так и коллективная, должна основываться на существующих политических реалиях». Описывая данные реалии, в Докладе приводятся, мягко говоря, спорные факторы, характеризующие ситуацию в регионе. Например, утверждается, что начало СВО подорвало доверие к России, как гаранту безопасности в регионе и усилило зависимость России от стран Средней Азии в плане обхода международных санкций. Или дается низкая оценка эффективности Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) из-за её бездействия в пограничном конфликте между Кыргызстаном и Таджикистаном в июне 2010 года.

Вместе с тем, в докладе отмечается, что в странах Средней Азии продолжается раскол в мировоззрении различных социальных групп: если старшее поколение, которое все еще помнит жизнь в Советском Союзе, продолжает придавать большое значение русскому языку, смотрит российские СМИ и старается поддерживать тесные связи с Россией, то поколение, родившееся после 1985 года, склонно изучать английский язык как второй и больше ориентируется на западные СМИ и социальные медиа.

Особенное внимание в Докладе уделено стремлению стран Средней Азии проводить многовекторную внешнюю политику, которая основывается на географическом расположении относительно основных экономических маршрутов и способствует растущим контактам с крупными региональными соседями: Турцей, ОАЭ и Ираном.

Отдельно подчеркивается, что на многовекторность политики стран Средней Азии влияют согласованные позиции России и Китая в регионе. Приводятся свидетельства нескольких ученых и экспертов, считающих, что в регионе отсутствует системная конкуренция между Москвой и Пекином. В результате, страны Средней Азии пытаются найти противовес экономическому и политическому влиянию двух крупнейших держав в виде более тесного взаимного сотрудничества.

Многовекторная внешняя политика стран региона стимулирует собственные правительства к активному участию в работе международных организаций, в первую очередь в Организации Объединенных Наций. Что открывает значительные возможности для сотрудничества благодаря наличию в ООН различных агентств, фондов и программ.

По мнению авторов Доклада, указанные особенности внешней политики стран Средней Азии являются прекрасной возможностью для правительства Великобритании в расширении сотрудничества и увеличении своего влияния. В частности, Великобритания, как одна из стран-создателей ООН и член Совета Безопасности ООН, могла бы использовать свое положение для более активного вовлечения стран Средней Азии в работу данной международной организации и ее институтов.

По приведенному в Докладе мнению Лео Догерти (Leo Docherty), Государственного министра Великобритании по делам Европы, Северной Америки и заморских территорий, более активное участие стран Средней Азии в ООН означает “…способность придерживаться точки зрения, которая в большей степени соответствует их собственным или международным нормам, а не доминирует у их соседей». Таким образом, выступая в качестве проводника стран Средней Азии в широком участии в работе ООН, Великобритания получает возможность влиять на их политику в своих интересах

Еще одной сопутствующей рекомендацией правительству Великобритании является предложение о создании дипломатической академии в Средней Азии. По замыслу его авторов, данное образовательное учреждение будет «…способствовать повышению квалификации дипломатического корпуса стран Средней Азии, повышая навыки, необходимые для расширения регионального и международного сотрудничества». Иначе говоря, Великобритания получает прекрасную возможность для использования своей «мягкой силы», влияя на мировоззрение и профессиональные качества дипломатов из Средней Азии и формируя из них проводников интересов британской короны.

Толерантные формулировки со скрытыми смыслами характерны и для остальных рекомендаций в части внешнеполитической деятельности правительства Великобритании в Средней Азии. Например, в Докладе указывается, что:

«Все пять государств Центральной Азии по праву гордятся своим уникальным культурным наследием и историей. Каждое из них обладает уникальными активами и сильными сторонами и яростно защищает свой суверенитет. Важно, что правительство Великобритании уважает и поощряет независимость стран Центральной Азии от их доминирующих соседей».

С другой стороны, подчеркивается, чтобы правительство оставалось реалистичным в отношении степени, в которой страны «…способны отделиться от России в настоящее время, и различных уровней заинтересованности в этом». Таким образом, за ширмой деклараций об уважении суверенитета и независимости стран Средней Азии скрывается основная цель британской политики – вбить клин в отношения стран региона со своими соседями, и в первую очередь – с Россией.

Немаловажно, что при выдаче рекомендаций, авторы Доклада учитывают и ресурсную составляющую своих советов. Одной из проблем в деятельности британских дипломатических представительств в странах Средней Азии является их недостаточное финансирование. Отдавая должное профессионализму британских дипломатов, работающих в регионе, бывший посол Великобритании в Кыргызской Республике Чарльз Гарретт (Charles Edmund Garrett), выступая перед членами Комитета, описал посольства в Кыргызстане и Таджикистане как работающие “на пределе возможностей”. Более того, по его мнению, нынешний уровень финансирования работы дипломатических представительств Великобритании в Средней Азии настолько скромен, что его значительное увеличение едва ли приведет к серьезным результатам. Поэтому, предлагается объединить работу по всем 5 странам региона в единую программу.

Еще одним фактором, влияющим на результаты британской политике в регионе, является отсутствие вовлеченности в нее высших должностных лиц Великобритании. В Докладе неоднократно подчеркивается, что все 5 государств региона имеют клептократическую модель управления, характеризующуюся значительным влиянием личностных отношений между ее участниками. Считается, что предложения по важнейшим внешнеполитическим вопросам могут исходить исключительно от руководства страны или государственных ведомств (в отличии, конечно же, от стран Запада, где демократические правила позволяют принимать участие в выработке решений и младшим должностным лицам). Поскольку политические концепции в этих государствах передаются от высшего руководства вниз, развитие личных отношений считается ключом к укреплению доверия и влияния. Кроме того, визиты высших должностных лиц положительно влияют на мотивацию сотрудников дипломатических представительств, повышая значимость их работы в интересах своей страны.

Но при этом, данная особенность совершенно не учитывается внешнеполитическим руководством Великобритании: в Докладе приведена любопытная статистика двусторонних официальных визитов руководителей государств и государственных ведомств Европы и Средней Азии за 2015-2023 годы. Например, между Кыргызстаном, с одной стороны, и Германией и Францией, с другой стороны, было по 3 официальных государственных визита, включая визиты президента Кыргызстана. Великобританию же, за указанный период, посетило лишь одно высокое должностное лицо — президент Кыргызстана Садыр Жапаров — в рамках Конференции ООН по изменению климата (т.е., без статуса государственного визита).

Учитывая данные обстоятельства, в Докладе рекомендуется в ближайшие три года активизировать взаимодействие на высоком уровне (уровень государственного секретаря по иностранным делам и главы правительства Великобритании) со всеми пятью странами, включая двусторонние визиты министров в каждую страну Средней Азии.

Ключевой рекомендацией раздела, посвященного внешней политике Великобритании в странах Средней Азии, является предложение об использовании хорошо зарекомендовавшего себя формата 5+1. Правительству рекомендуется организовать и провести в 2024 году встречу «Центральная Азия 5 + Великобритания (Central Asia 5 + UK)». В Докладе не указывается конкретная дата проведения, но имеется рекомендация о придании данной встрече статуса постоянной.

Насколько рекомендации по внешней политике, выданные Комитетом по международным делам, были восприняты правительством Великобритании как руководство к действию?

Безусловно, знаковым событием апреля 2024 года стал визит в страны Азии главы внешнеполитического ведомства Великобритании Дэвида Кэмерона (David Cameron). Он последовательно посетил Таджикистан, Киргизию, Узбекистан, Казахстан и Туркменистан, но не ограничился странами Средней Азии – конечной точкой его азиатского турне стала Монголия. Что характерно, риторика Кэмерона во всех странах Средней Азии практически повторяла некоторые темы Доклада: была продекларирована готовность Великобритании пожертвовать на поддержку образования и культуры в регионе 50 млн фунтов стерлингов в течение следующих трех лет; говорилось об увеличении стипендий для молодых людей, желающих изучать английский язык; было объявлено об увеличении квот для трудовых мигрантов из стран Средней Азии.

Итоги визита Кэмерона оценивались по-разному. С одной стороны, единственным серьезным документом, подписанным в ходе турне, было Соглашение о стратегическом партнерстве с Казахстаном (готовившееся в течение 6 лет). Далеко не в каждой стране региона Кэмерона ожидал прием на соответствующем высоком уровне — накануне визита президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев ушёл в краткосрочный отпуск. С другой стороны, широко освещаемый в медиа визит явно продемонстрировал изменение вектора внешней политики Великобритании в регионе.

Так или иначе, но «азиатская неделя» Кэмерона стала единственным крупным событием британской внешней политики в Средней Азии за 2024-2025 годы. Безусловно, визиты представителей высших кругов Великобритании в страны Средней Азии продолжались в эти годы (например, визит в апреле 2025 года бывшего премьер-министра Великобритании Тони Блэра), однако они были связаны с одной страной и ограниченным набором тем.

Возможно предположить, что пауза в использовании Великобритании формата 5+1 была связана с тем, что в 2025 году были проведены саммит «Центральная Азия 5 + Европейский союз» (Самарканд, апрель 2025 года) и встреча в ноябре 2025 года в Вашингтоне между главами стран Средней Азии и президентом США Дональдом Трампом, приуроченная к своему 10-летнему юбилею.

Таким образом, можно говорить о том, что саммит министров иностранных дел, о котором говорилось в начале, является не просто продолжением нового направления британской внешней политики и свидетельством присущего ей долгосрочного планирования. Скорее речь идет о системном подходе объединенного Запада (США, ЕС и Великобритания) по отношению к странам Средней Азии, основной целью которого является стремление ослабить позиции России в регионе и превратить его в свою сырьевую колонию.

 

Автор статьи:
эксперт Аналитического центра Академии ALTER
Алексей Алексеенко
Обратная связь с автором: letter@alter.academy

---

1. Автор придерживается классического советского названия региона, включающего Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан.↩︎